КО ДНЮ СОВЕТСКОЙ ПЕЧАТИ.

Теперь редакция «Коммунара» — целый муравейник.

Много сотрудников, — много посетителей, рабкоров...

Много шуму, беготни.

А восемь лет тому назад в редакции тульской газеты «Революционный Вестник» (орган партии и советов) — была сравнительная тишина.

Редакция помещалась в доме б. Зверева (против Губфинотдела).

Я был назначен секретарем редакции вместо Бориса Ауэрбаха, который перешел на работу в отдел юстиции.

Ауэрбах — талантливый музыкант и неплохой журналист. Через год он был убит белогвардейцами в Гомеле. Как одного из пионеров советской печати в Туле — его нельзя забыть.

Редактором газеты был Н. В. Копылов.

Занятый работой в партийном комитете, он не мог уделять газете полного внимания — и вся тяжесть работы: редакционной, литературной, технической и т. д. лежала на мне одном.

В редакции, если не считать экспедиции и конторы, кроме меня больше никого не было.

Из хроникеров работали двое: Шойхет и Булахов (Камин-Чулковский).

Булахов приносил продовольственную хронику, а Шойхет, не приспособленный к практической жизни, метался по городу в поисках хроники и доставал ее главным образом в Совнархозе (там служила его жена).

Корректором газеты был Чернышев — бывший редактор Губернских Ведомостей, развалина в полном смысле (через год он умер).

За него приходилось производить дополнительную проверочную корректуру.

Выпускал газету я же.

Таким образом, мой рабочий день длился не менее 16 часов.

Изнурительная работа, помню, доводила до отупения мои мозги.

Некоторое облегчение внес Александр Жабров, который был назначен корректором. Но он был не особенно литературно грамотным — и помогал только в технической работе — правка радиограмм и т. д.

Кто писал в газете?

Разная публика присылала статьи, стихи, рассказы, но подходящего среди них материала было немного. Более или менее постоянно писали, давали корреспонденции с мест: т. Ермолин (с Оружейного завода), который давал заметки из рабочей жизни довольно регулярно, т. Андреев — председатель союза швейников (если не ошибаюсь) тоже из рабочей и профессиональной жизни, затем Лукошинский — председатель Ревтриба (из Венева).

Последний очень тяготел к газете.

„Революционный Вестник“ выходил, если не изменяет память, в количестве 5000 экземпляров. Газета представляла из себя громадную простыню, раза в четыре больше „Коммунара“.

Тов. Сосновский в „Правде“ тогда в качестве примера неуклюжей по размерам провинциальной газеты приводил „Революционный Вестник“. Тов. Копылов писал передовицы (подписываясь иногда В. Лидиным).

Однажды была прислана для литературной работы в редакции тов. Орехова-Кульнева, но она оказалась не в состоянии с ней справиться (не всякий же может вести литературную работу). В результате мы вертелись, как белка в колесе.

К нашим заботам прибавилось еще то, что по понедельникам стали выпускать вечернюю газету „Вечерний Листок“, редактором которой был назначен я.

Да, кроме того, в связи с нарастающими революционными событиями (выступление чехо-словаков, убийство Мирбаха) приходилось выпускать листовки, воззвания.

Помню, известие об убийстве Мирбаха и о восстании левых с.-р. было получено в воскресенье.

Надо было срочно написать воззвание, выпустить листовку.

Наборщиков найти было трудно. Типография была заперта. Ключ неизвестно у кого находился (тогда такие вещи были возможны).

Пришлось на один день реквизировать частную типографию Гродзинского (тогда еще общая национализация не была проведена) и самого Гродзинского мы заставили работать.

К 3 часам дня листовка была выпущена (даже, кажется, в форме экстренного выпуска „Революционного Вестника“) помню, что Каминский в этот день волновался необычайно.

Несколько раз он забегал ко мне в типографию (на б. Суворовской улице), справлялся о ходе работы.

Время тогда было необыкновенное. Работали — горели.

На тяжесть работы никто не жаловался.

Чувство общественной ответственности было на первом плане.

Газета „Революционный Вестник“, может быть, была тяжеловесна, недостаточно жива, но она выполнила свою роль первого дозорного советской власти в Туле.

Н. Добротвор.

Цитируется с сохранением орфографии и пунктуации первоисточника.